Зеркала сайта:
http://primecrime.net
http://vorvzakone.ru
http://russianmafiaboss.com

информационное агенство

Воры. Кто они?

О проекте

СМИ о нас

Обратная связь

Реклама на сайте

Пожертвования

Упоминаемые люди

"Я НЕ ПОЛЬЗУЮСЬ УВАЖЕНИЕМ НИ СРЕДИ ПРЕСТУПНИКОВ, НИ СРЕДИ КОЛЛЕГ-ОПЕРАТИВНИКОВ"

24.04.1998 00:00, Казахстан 15746

Казахстанская правда

Несипбай Насенов, известный по кличке Рыжий Алмас, цыганский наркобарон Белевич, Сабыржан Махметов, бандитская группировка Литвинова, вор в законе Матвей Пилиди по кличке Грек, таджикско-чеченская группировка... Это далеко не полный список организованных групп и преступных авторитетов, деятельность которых была пресечена благодаря этому человеку.

"Страшно", - признается он, когда вспоминает о тех операциях, в ходе которых ему под легендой и вымышленным именем приходилось внедряться в преступные группы. Когда же участвует в качестве свидетеля по преступлениям, имевшим большой общественный резонанс, а потому транслировавшимся по телевидению, зритель обычно видит только его спину. Он - один из немногих в республике оперативников, которые ходят в бронежилете.

- Это личный подарок сотрудника одного из спецподразделений республики, - говорит Олег.

Он поставил условие: ответы на те вопросы, которые могут стать пособием для бандитов по борьбе с сотрудниками отдела по особо важным делам, давать не будет.

- Все бы одевали бронежилеты с большим удовольствием, но у милиции на всех нет средств. Будь он на Саргабеке Сугербаеве (сотрудник уголовного розыска Бостандыкского РОВД, убитый в начале апреля), ему бы две пули не влетели в сердце. А ведь была рядовая проверка машины.

- Чем отличается от остальных сотрудников милиции оперативный работник?

- Опер - это не удостоверение в кармане, а ум, творчество, интуиция, артистический подход к решению задачи. Когда говорят "милиция круто хлопнула" - это, как правило, самое обычное задержание, а высший класс - когда даже сам задержанный не подозревает, что в отношении него проводятся какие-то мероприятия, а окружающие его люди продолжают жить обычной жизнью.

Я считаю, что в уголовном розыске работают самые преданные и самые лучшие работники правоохранительных органов. Элита, одним словом.

- В стенах ГУВД вы - почти живая легенда...

- Я не пользуюсь уважением ни среди преступников (я их пачками задерживаю), ни среди коллег. Со мной очень тяжело работать. Я одиночка, у меня нет близких друзей. Это, может быть, сделано осознанно. Когда работаешь один, то знаешь, что никто тебя не подведет. В таком случае степень ответственности будет гораздо выше. Если провести опрос среди моих коллег, я уверен, почти все выскажутся обо мне отрицательно в силу того, что мною проводился ряд задержаний сотрудников правоохранительных органов за преступные действия.

- Не секрет, что в бандитских группировках есть бывшие сотрудники спец- и оперативных подразделений милиции. Вы их осуждаете?

- Я их не осуждаю, это не мое дело. Мое дело доказать их преступную деятельность. В свое время это были неплохие опера, следователи, спецназовцы. В какой-то момент они осознали, что их работа никому не нужна.

Это в первую очередь отражается на зарплате, материально-технической базе, а потом и на пенсии. И когда человек видит, как дело "ломают" или еще на этапе следствия, или же в результате решений, будем так говорить, заинтересованного суда, и многомесячная работа сводится к нулю, то у него опускаются руки. Это стало возможным благодаря нашему законодательству, которое, по моему глубокому убеждению, готовили или адвокаты, или люди, далекие от следствия и уголовного розыска. По большому счету мы занимаемся "перхотью", то есть мелочью. А крупная рыба, которая обладает вертикальными и горизонтальными связями, практически всегда остается на воле.

- Но ведь вы. почему-то не уходите из уголовного розыска.

- Около девяти лет назад в отношении моей сестры было совершено тяжкое  преступление. И хотя все преступники были установлены и задержаны, в силу негативной позиции прокуратуры (убийства и изнасилования в то время

находились под ее следствием), эти лица были отпущены. И тогда чисто для себя я решил не отомстить, а проверить: возможно ли вообще бороться с преступностью? За плечами у меня было суворовское училище, высшее военное училище, гражданский вуз, совершенный английский. Я бросил все в один день и буквально в один день собрал документы и пришел в один из райотделов АлмаАты. Меня не хотели брать по объективным причинам: текучесть из милиции была тогда минимальная. Поэтому вместо месяца проходил стажировку полгода, но уже через два года меня пригласили на работу в ГУВД, а позже – в управление по борьбе с организованной преступностью. Я буквально живу ею, своей работой. Результат - у меня разрушенная семья, в которой нужно жить, а не числиться источником дохода.

- Вы помните первую взятку, которую вам давали?

- 12 тысяч долларов за то, чтобы я вернул "Мерседес" шестисотой серии. Я тогда четыре машины с ходу изъял. Все они, согласно запросу Интерпола, значились угнанными из Германии. Я раньше записывал все предлагаемые взятки. После того, как сумма перевалила за 250 тысяч долларов, перестал.

- Есть такое выражение: у каждого своя цена.

- Это понятие принадлежит преступникам. Мне еще не предлагали столько, чтобы я взял. Все зависит от обстоятельств. Предложат отвечающую им сумму, и, я думаю, человек возьмет.

- Ваши дела часто "ломают"?

- Мои дела не "ломают", потому что я стараюсь соблюдать все установленные законом нормы с одной стороны, а с другой - четко документировать преступную деятельность объекта.

- Какими глазами смотрят на вас преступные авторитеты, когда вы выступаете в суде в качестве свидетеля?

- Они уже не верят в собственную безнаказанность и неуловимость.

- Вас часто посещает состояние бессилия, хандры?  

- Иногда-да. Когда понимаешь, что человек-преступник, но ты доказать этого не можешь. Но я этого никогда открыто не показываю. Вся моя работа практически идет на нервах, живя бок о бок с преступниками неделями, месяцами, иногда - годами, переживаешь все их жизни.

- Что вы можете сказать, "пережив его жизнь", например, о Рыжем Алмасе?

- Гражданина Насенова я считаю вполне достойным противником. Грубо говоря, он сделал себя сам. Он мог бы стать нормальным государственным чиновником, но пожелал реализовать свои ум, волю, умение работать с людьми в преступном мире. У него была самая интернациональная бригада. Для Казахстана это необычное явление. Во главу угла Насенов ставил способности людей. "Талантливым" преступникам оказывал всяческую материальную и моральную поддержку, независимо от национальности.

- Вы уважаете бандита, на счету которого ряд тяжких преступлений?

- Его лично я не уважаю, но признаю его способности. Такие, как он, обладают интеллектом, они осторожны и хитры, а с другой стороны-дерзки и жестоки. Запомнился Курман Сатыбалдиев из группы "четырех братьев". Человек со стороны никогда бы не заподозрил в нем преступника. Я сожалею о том, что эти люди реализовали себя в преступном мире.

- Что вы думаете о своем будущем?

- Честно говоря, живу прошлым и настоящим. На этой работе может всякое случиться.

- Чего вы боитесь больше всего?

- Я, как и преступники, боюсь потерять свободу. Благодаря нашему законодательству сотрудники "уголовки" ходят по острию ножа.

- И многие из ваших потеряли свободу?

- Не теряли, но из органов выгоняли. В основном за превышение служебных полномочий, Я вот недавно получил строгий выговор за то, что надел задержанному наручники прямо в кабинете. Служба внутренней безопасности почему-то слушала только преступника. Вообще же, будь наше законодательство хоть немножко разумным, я бы наверняка не получил полтора года назад сквозного ножевого ранения в сердечную рубашку. Нам, оперативникам по особо важным делам, приходится в соответствии с законом предъявлять бандиту удостоверение, представляться, говорить неизменное: "именем закона" – и только потом проводить задержание. А у бандита, как правило, в руках ствол, и пока ты все это проделываешь, ему есть время сориентироваться...

- Вернемся к вопросу, который вы поставили перед собой девять лет назад: возможно ли вообще бороться с преступностью?

- С преступностью надо воевать жесткими силовыми методами в рамках закона. Это не означает, что все надо свалить на плечи милиции и уголовного розыска. Ведь преступность - не первопричина, а последствие социальных явлений. Но в большинстве случаев позиция наших граждан безразличная и критическая. Никто из них не хочет идти даже в качестве понятых и свидетелей. Если бы народ всколыхнулся т- преступности было бы меньше. Но в любом случае пусть все преступники знают: в правоохранительных органах есть такое подразделение, которое не допустит их деятельности на территории Казахстана. Черного хода не будет - будет только красный. Расшифровывать это выражение не буду. Но кое-кому оно много о чем скажет. (Казахстанская правда, 24.04.1998 21:20, №79, Галия ШИМЫРБАЕВА)

Следите за новостями воровского мира на канале Прайм Крайм в Telegram

Последние новости

22.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Москва

Солнцеворот армян
В России освободились два армянских вора «в законе»

20.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Москва

«В России делает погоду Парпалия»
Откровенно о последних событиях в воровском мире изнутри

17.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Абхазия

Барцба за независимость
Парпалия уступил гальский «общак» Пызе

13.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Турция

Бентли ментли?
Воровские кланы избавляются от балласта

10.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Турция

Любовь da Cоветъ
Свадьба Ники Гагринского показала расстановку сил

01.06.2018,

ЭКСКЛЮЗИВ

Москва

Бейлаган лимитед
В Москве задержан вор «в законе» Хаджибаба Талыбханлы

Новости региона

Copyright © 2006 — 2018 ИА «Прайм Крайм» | Свидетельство о регистрации СМИ ИА ФС№77-23426

Все права защищены и охраняются законом.

Допускается только частичное использование материалов сайта после согласования с редакцией ИА "Прайм Крайм".

При этом обязательна гиперссылка на соответствующую страницу сайта.

Несанкционированное копирование и публикация материалов может повлечь уголовную ответственность.

Реклама на сайте.