Воры. Кто они?

О проекте

СМИ о нас

Обратная связь

Реклама на сайте

Пожертвования

Упоминаемые люди

ТРЕТЬЯ СМЕНА

12.03.1999 00:00, Приморский край 8425

Ежедневные Новости, Владивосток

 В России никогда не было классической мафии по типу итальянской или американской. До поры до времени не стоял вопрос и об организованной преступности. Страна обходилась бандами, шайками, воровскими малинами. В принципе, четкого юридического понятия "организованная преступность" нет и до сих пор, хотя о ней все говорят, ей посвящено немало нормативных актов самого высокого уровня, в том числе и указов президента. Что же послужило причиной появления оргпреступности? Кто стоял у истоков? С чем мы имеем дело сегодня? Журналисты "Н" попытались найти ответы на эти вопросы. Мы совершенно не претендуем на истину в последней инстанции и готовы выслушать любого, кто пожелает дополнить или уточнить наше повествование.

Они выходили на улицы, когда темнело - грабили, избивали, сбивались в стаи, еще не зная, что создают новую преступность нового времени...

Говорят, что в России существуют только два города, свободных от воров в законе - Санкт-Петербург и Владивосток. Что касается северной столицы, спорить не будем. Но вот являются ли Владивосток и Приморский край "красной зоной" (свободной от присутствия уголовников и находящейся под фактической властью правоохранительных органов) - большой вопрос. В любом случае, организованная преступность у нас - полноправный субъект общественной, политической и хозяйственной деятельности. Подтверждение тому - история.

Предшественники

"Вор в законе" - понятие специфическое. Этим "чином" может короновать только воровской сход, на котором должны присутствовать не менее трех ранее прошедших такую же процедуру уголовников. Основным принципом их выбора является соблюдение воровских законов, жизнь "по понятиям". Последний "вор в законе", бывший на "положении" в Приморье, был некто Лапа. Его конец был типичен: Лапу зарезали и утопили в лимане речки, которая сейчас течет под улицей Комсомольской.

В 1953 году в свою квартиру на проспекте 100-летия вернулся с Колымы Петрусь Звягинцев. Коронованный вор всесоюзного значения, он решил отойти от дел и спокойно прожить остаток дней. Два его брата, Владимир и Иван, в то время только начинали восхождение по скользким ступенькам уголовного мира. В итоге они были коронованы на Колыме. То есть из шести братьев Звягинцевых трое пробились в криминальную элиту.

В 1972 году из колонии строгого режима в Чугуевке освободился Леня Хрипатый - авторитетный вор. Родился Леня на станции Угольной. Большую часть жизни провел в тюрьме, в том числе 11 лет отсидел в тюрьме во Владимире, где его держали "глухарем" (на уголовном жаргоне так называют человека, которого "менты" заставляют отказаться от воровской идеи). Хрипатый пресс выдержал.

В Чугуевку его перевели по заключению ВТЭКа с диагнозом "рак легких и горла". Кстати, кличку свою он получил из-за этой неизлечимой болезни. На свободе Леня прожил всего полтора года и умер. Но успел кое-что передать своим молодым наследникам.

Последний "вор в законе" из числа наших земляков умер в 1993 году. На кладбище на 14-м километре рядом с дорогой стоит скромный могильный памятник с надписью: "Ваня Звяга. От братвы". Ни даты рождения, ни даты смерти.

Был еще один человек, который мог бы выдвинуться в воровскую элиту. Большим авторитетом в уголовном мире 70-80 годов пользовался Валентин Серединов по кличке Бурый. Сегодня о нем рассказывают легенды. Родился во Владивостоке, здесь же получил первую судимость за карманную кражу. Всего провел за решеткой 26 лет.

Бурый был одним из тех, кто крепко стоял за помощь деньгами и продуктами тюрьмам и зонам. Он не был положенцем (ответственным за кассу "общака"), но по собственной инициативе продвигал идею солидарности с осужденными, в чем был большой смысл: любой пацан, вставший на преступный путь, заранее знал, что брошенным на произвол судьбы не останется.

"Общак", по своей сути, - это могучий страховой фонд, средства которого расходовались и расходуются не только на грев тюрем и зон, но и на оплату адвокатов, подкуп чиновников и судей, другие нужды. В то время бутылка водки в тюрьме Владивостока стоила 10 рублей, женщина - 25. А в Хабаровском СИЗО, для сравнения, заключенные зачастую за 100 рублей не могли купить пачку чая. К Бурому стекались деньги не только от уголовников, но и от представителей самых доходных профессий. Такими тогда считались официантки, бармены, таксисты и, как ни странно, парикмахеры. Ему же платили карманники, домушники и "теневики". "Денежным мешком" у Бурого был Степа Пальма - какой-то залетный уголовник. Огромные доходы приносила ему торговля наркотиками, которыми он снабжал зоны и студентов, уже тогда осваивавших это культовое и модное занятие.

Еще одним источником доходов Бурого было родное дитя распределительной социалистической экономики - теневое производство. Повальный дефицит порождал тотальный спрос на все. Но спрос не может остаться неудовлетворенным тем или иным способом. Самым известным среди "теневиков" был некто Косой. Ему принадлежала фабрика в Артеме по пошиву газовых платков и нейлоновых кофточек. Через систему барахолок они реализовывались под видом импортных.

Сегодня о Буром его бывшие соратники вспоминают как об очень справедливом и достойном человеке. Но и он в итоге получил топором по голове от мелкого уголовничка с детской кличкой Мурзилка.

Посредники

Год 1971-й. Жаркий летний день. На перилах возле кинотеатра "Уссури", развалившись, сидит здоровенный детина в окружении девушек, к нему подходит еще один. "Ты откуда?" - "Да после третьей смены спал. А ты?" - "Оттуда же..."

Владивосток того времени представлял собой закрытый портовый город, через который регулярным потоком шли грузы в страны АТР и обратно. В магазинах не хватало свинины, баранины и говядины, зато полки были завалены китовым мясом, стоившим копейки. Автомобили еще не перегнали по численности трамваи. В ГУМе выстраивались грандиозные очереди за импортным ширпотребом. Достать что-то можно было только по блату. На мебель, ковры, холодильники, хрусталь, сервизы существовали многолетние очереди. Благополучно жили только представители партийно-хозяйственной номенклатуры, работники торговли, моряки загранплавания.

Но жить хотелось и другим, кому судьба не предоставила место под солнцем. Что ж, его можно было отвоевать. Зарождение "третьей смены" (ТС) происходило на танцплощадках Владивостока, раскиданных по центру города: у Дома офицеров флота, там, где сейчас стоит подводная лодка С-56, в Матросском клубе, в Покровском парке, напротив нынешнего магазина "Санкт-Петербург" на Первой Речке... Рослые парни, многие из них серьезно занимались спортом, с помощью кулаков приобретали там себе авторитет.

Ничего и никого не признающие, они наслаждались жизнью. Вечером, собравшись толпой, напивались. Приезжали на танцы - догонялись наркотиками или той же водкой. Хватали кого-нибудь из девушек, ехали в ресторан. И так почти до утра. Днем отсыпались, а вечером все начиналось сначала. Они были не простым хулиганьем. Они хотели быть людьми нового времени. Хотели иметь деньги, влияние. А для этого требовались не только кулаки.

В преступном мире города того времени стали стихийно возникать группировки, лидеры которых не имели за плечами уголовного прошлого. И направление деятельности они выбрали верное - грабили в основном тех, кто сам нарушал закон, занимаясь контрабандой и валютными операциями. А деньги были тогда большей частью у "морских". Уникальность "третьей смены" как раз в том, что она могла возникнуть только в портовом городе. На квартирные кражи ходили строго по наводке и исключительно к богатым людям. За удачу и честь считалось обокрасть начальника базы, крупного работника общепита и т. д.

Почему дело верное? Просто жертва никогда не жаловалась. Сама боялась милиции, как огня.

В 1970 году в числе других окончил ДВВИМУ и Леонид Ивлев (Кабан). После окончания училища он устроился на работу во Владивостокский морской торговый порт стивидором. Родом из Курской области, Ивлев с энтузиазмом принялся за "освоение" Владивостока. Сначала он специализировался на грабежах фарцовщиков, а к 1974 году и сам стал фарцовщиком. Подтянул к себе бывших однокашников Федотова, Лесового, Чукреева. Несколько раз Ивлева задерживали по подозрению в грабежах, но всякий раз отпускали из-за отсутствия доказательств.

Выделялся среди хозяев танцплощадок и матрос вспомогательного флота ТОФ Анатолий Ковалев (Коваль). Сколотив группу таких же молодых и жадных до денег, Коваль поставил дело на солидную основу: ввел устав и "присягу" при вступлении. Особое внимание уделял вопросам конспирации. Его группа вообще отличалась от остальных организованностью и сплоченностью. Специализировалась на грабежах и разбойных нападениях.

Таких, как Ивлев и Ковалев, было много. Выдвинулись Ушаков по кличке Американец, Русаков (Водолаз), Бауло (Баул), Цупа (Молодой), Рязанов (Чигирь), Петрачков (Гарик), Макушенко (Артист). Свои авторитеты появились и в Находке - Антропенко, Кудинов, Давыдкин.

Валентину Бурому приписывают одну очень важную по тем временам заслугу - якобы он помирил между собой "уголовников" и "спортсменов". Однажды между ними возникла крупная стычка, было много пострадавших с обеих сторон.

Конфликт развел Бурый: "Чего вы делите? Одно же дело делаем!" Может, и так. Но топор на его голову прилетел все-таки из "третьей смены", которая хотела жить сама, по своим законам и не желала делиться ни с кем.

Клигер, Флюгер, он же Скорцени

В 1974 году в золотодобывающую артель "Север" треста "Амурзолото", расположенную в поселке Чегдомын Хабаровского края, устроился снабженцем некто Клигер Сергей Пейлатович, родившийся в 1934 году в Уссурийске. Личность, роль которой в истории криминального Приморья почему-то мало учитывается.

Его уголовное прошлое непримечательно. К 40 годам Скорцени (кличку получил за шрам на щеке) имел две судимости: за развратные действия в отношении несовершеннолетней и за хищение с использованием служебного положения - статьи в воровском мире "непрестижные". Но он в воры и не лез. Карьеру начинал в спорте и даже тренировал баскетбольную сборную Приморья. Должность спортивного функционера помогла ему наладить контакты в околовластных структурах, а судимости дали возможность регулярно общаться с авторитетными уголовниками. Предприимчивый, умный, разворотливый человек, Клигер стал основным посредником между криминальными структурами и "теневиками". Через его руки проходили огромные суммы.

Через какое-то время на таких же должностях снабженцев в "Севере" оказались Ивлев и Ковалев, а за ними потянулся целый караван крупных и мелких деятелей "третьей смены". Благодаря протекции старшего товарища по ремеслу, Коваль и Кабан сошлись с руководством артели, активно снабжали их валютой, импортными товарами, помогали покупать автомобили. Те же, в свою очередь, расплачивались золотым песком и вообще использовали "третью смену" для сбыта похищенного на приисках золота за кордон все через тех же "морских".

Вскоре бурная деятельность артели попала в поле зрения правоохранительных органов. Началось следствие, пошли допросы. На место в зоне реально претендовали около пятидесяти человек. Но ничего не вышло. Рассказывают, что помогло присутствие в числе подозреваемых родственника знаменитого сержанта Кантария - Героя Советского Союза, поднявшего флаг над Рейхстагом. Якобы Милитон Кантария обратился к самому Леониду Ильичу Брежневу за защитой от "несправедливого преследования". И однажды в кабинете первого секретаря Хабаровского крайкома КПСС раздался звонок: "Что у вас там с этим... Как его... С "Севером"? Бросьте дурью маяться!" Так развалилось уголовное дело, обещавшее стать очень и очень громким.

После этого Коваль и Кабан отошли от "золотых" дел и вернулись во Владивосток. До совместной работы в артели они враждовали, стараясь выхватить из-под носа друг у друга добычу. Под крылом же Клигера превратились в больших друзей. Вот в чем неоцененная заслуга Скорцени. Может, именно его следует считать крестным отцом нашей доморощенной оргпреступности? Ведь до "Севера" "третья смена" представляла из себя лишь разрозненные волчьи стаи. И только после Чегдомына стало создаваться что-то похожее на оргпреступность, как мы понимаем ее сегодня.

"Третья смена" стала стремиться к структурированию для повышения эффективности своей деятельности, функциональной управляемости, стала наделять конкретными правами и обязанностями лидеров подразделений и проводить их специализацию. Владивосток разделился по зонам ответственности. За Чуркин отвечал Юрий Есин по кличке Самосвал, центр Владивостока был отдан на откуп Ковалю и Кабану, в пригороде властвовал Валерий Кошевой по кличке Джон.

К 1978 году Ивлев плотно занялся поставкой валюты и провозом контрабанды в край. Ковалев отвечал за реализацию товара. В качестве компаньона они привлекли Яковлева, работавшего в "Торгмортрансе", а в 1979 году Ивлев

подмял под себя еще одного видного деятеля теневого бизнеса - бармена кафе "Зодчий" Леву Гребенкина, который реализовывал контрабандный товар. Они разворачивались, входили во вкус, активно занимаясь вымогательством, спекуляциями, мошенничеством.

Помощники при должностях и погонах

Коррупция во властных и правоохранительных органах как явление возникла отнюдь не сегодня. Криминальные авторитеты давно поняли, что без "своих" людей в "верхах" много не наработаешь: хочешь жить сам - поделись с товарищами. Среди главных их "приобретений" того времени оказался зам. начальника УВД Приморского края Константин Бабичев. Были и другие. Ковалев и Ивлев регулярно обеспечивали своим "покровителям", среди которых упоминалось имя первого секретаря горкома партии Шарина, отдых с отличным сервисом и специально подобранными девочками. Дошло до того, что наша "третья смена" была допущена к обеспечению отдыха в Приморье сына бывшего министра внутренних дел СССР Щелокова, пока папочка находился с визитом в Корее. О результатах работы "своих" людей говорит такой факт: в 1982 году Ковалева арестовали по обвинению в ограблении. Но вскоре он освободился из-под стражи и даже сумел стащить из кабинета следователя свое уголовное дело!

В 1986 году главную "крышу" "третьей смены" - Константина Бабичева - арестовали: высшему руководству МВД СССР стало известно о его связях с преступным миром, случаях злоупотребления служебным положением, хищения вещественных доказательств и т.п. Всего через год Бабичев вышел на волю. Отсидев еще некоторое время в "психушке", он навсегда простился с милицейской карьерой и со своими подопечными - Кабаном и Ковалем. По ним в то время в УВД создали специальную группу, которой удалось собрать кое-какую доказательную базу. Но раскрутить дело на всю катушку не удалось - у большинства свидетелей рыло у самих было в пуху. Друзья отсидели по два года за какие-то мелкие преступления и, выйдя на свободу, разошлись каждый своим путем.

У них судьбы разные

Леонид Ивлев сегодня - солидный бизнесмен, генеральный директор одной из лесозаготовительных компаний. Анатолия Ковалева расстреляли в самом расцвете его авторитета. Георгий Петрачков стал писателем, издавшим несколько книг, увлекается также живописью. Последним мероприятием, на котором он отличился, были похороны Коваля. Гарик залез на импровизированную трибуну и произнес пламенную речь, смысл которой сводился к тому, что "всех отстреливает ФСБ". Говорят, перепугавшиеся братки еле Гарика успокоили. Клигеру уже 65, он сильно постарел, его можно встретить медленно гуляющим по Владивостоку. Есин-Самосвал вышел на международный криминальный уровень. О его деятельности и роли в оргпреступности говорят даже в Италии. Есть сведения, что во Владивостоке остались созданные им предприятия, которые до сих пор приносят ему доход.

...Оглядываясь на события недавней истории, стихийно возникшую в начале 70-х "третью смену" можно без преувеличения назвать прообразом сегодняшней оргпреступности, полигоном отработки ее форм и методов. Это и рэкет с целью накопления первоначального капитала, и организация теневой экономики, и сращивание с властными и правоохранительными структурами, и легализация криминального капитала, и отказ от воровских традиций старого уголовного мира. "Третья смена" взошла на трудностях брежневской эпохи – эпохи строительства "развитого социализма". Революционный принцип экспроприации экспроприаторов стали претворять в жизнь не рабочие и крестьяне, а сильные, наглые, беспринципные молодые волки. Мы вроде бы не создали ни своих триад, ни свою якудзу, но механизм образования классической мафии и нашей собственной оргпреступности очень схож. Об этом - в следующих публикациях. (Ежедневные Новости, Владивосток, 12.03.1999, №35, Наталья Ветеркова)

Последние новости

08.12.2016, Украина

Чары Чарая
В Киеве выявлен вор «в законе», коронованный в 2014 году

18.11.2016, Москва

«Застегнули» Ширинова
В Москве, впервые после Деда Хасана, убит вор «в законе»

17.11.2016, Москва

Азербазер
СМИ напугали Москву азербайджанской мафией

Разные лики Саши Чашина
Вдова вора «в законе» Чижа поделилась воспоминаниями о муже

09.11.2016, Турция

Кока колом
В Турции развенчан влиятельный вор «в законе»

09.11.2016, Италия

Моск. и Бари
Мераб Джангвеладзе уведомлен о своей нежелательности

Новости региона

Краудфандинг BB3 media

СОБРАНО СРЕДСТВ, ₽

173 333

ЦЕЛЬ ПРОЕКТА, ₽

10 000 000

ОСТАЛОСЬ

26 дней

ПОДДЕРЖАЛО

44

ПРОЕКТ ЗАПУЩЕН

7 октября 2016

Поддержать проект

Copyright © 2006 — 2016 ИА «Прайм Крайм» | Свидетельство о регистрации СМИ ИА ФС№77-23426

Все права защищены и охраняются законом.

Допускается только частичное использование материалов сайта после согласования с редакцией ИА "Прайм Крайм".

При этом обязательна гиперссылка на соответствующую страницу сайта.

Несанкционированное копирование и публикация материалов может повлечь уголовную ответственность.

Реклама на сайте.