Зеркала сайта:
http://primecrime.net
http://vorvzakone.ru
http://russianmafiaboss.com

информационное агенство

Воры. Кто они?

О проекте

СМИ о нас

Обратная связь

Реклама на сайте

Пожертвования

Упоминаемые люди

«Все деньги я тратил на красавиц» - азербайджанский «авторитет»

08.03.2016 11:21, Азербайджан 29504

Vzglyad.az

Я не раз беседовал тет-а-тет с «Красавчиком» и записывал его рассказы о тюремной жизни…

Досье

Агакерим Зейналабдин оглу Бабаев – по прозвищу «Красавчик», родился в Баку в 1935 году. Первую судимость отбыл в 1961 году по приговору народного суда Сталинского района (за спекулянтство). В 1964 году снова попал за решетку. Народный суд Октябрьского района приговорил его к 4 годам лишения свободы. В 1971 году Народный суд Насиминского района приговорил его к 3 годам исправительных работ. В 1978 году ему пришлось отсидеть срок. Он был отправлен в шестую колонию на три с половиной года за незаконную торговлю рыбой. В 1990 году «Красавчика» поймали в последний раз. На это раз ему дали 1,5 года исправительных работ. Восемнадцать лет за решеткой Агакерим отсидел в основном за незаконную торговлю рыбой.

- Я не был лоту, братец, - говорил Красавчик, - просто мне пришлось отматывать сроки один за другим. Выходил – снова сажали. Я жил в свое удовольствие. Хорошо зарабатывал, ел-пил, гулял… и еще старался, как мог, делать что-нибудь доброе бедным и неимущим.

С 14-15 лет я крутился на «Тезе базаре», срывал хороший куш. Занялся рыбной торговлей – осетрина, белуга, икра черная и красная…!!! Море рыбы, море денег… Во всем мире рыболовство было единственным выходом для бедняков, чтобы не умереть от голода. Я вставал спозаранку и приходил на базар, куда из Маштага, Нардарана, Джората, Новханы… вся родня, все знакомые привозили мне рыбу, которую я сдавал в кафе Агасалима Кечала. Моей задачей было сбыть товар.

С утра пораньше кило белуги и осетрины мы продавали за рубль. После полудня оставшуюся рыбу мы за полцены продавали студентам, беднякам. В день продавали по два ведра икры. Большинство наших клиентов были работники системы, завмаги, шофера таксомоторов – в то время 7-8 червонцев для водил были не деньги, артисты и певцы. Я хорошо зарабатывал и все деньги спускал на красивых женщин. Моими любовницами были армянки, русские, хохлушки, казачки. Бывало приезжали за мной в Баку. Два-три дня я возил их по городу, на пляжи. Все влюблялись в меня. Влюблялись и в наше море. Кто же не влюбится в халявный отдых? Потом я покупал им обратный билет. Среди любовниц были и такие, которые навещали меня, когда я сидел в казематах.

Агакерим налил в граненый стакан, как он сам говорил, «купеческого» чаю и протянул мне:

- В то время я объездил Советский союз от края до края и удивлялся каждый раз, когда был в больших городах. Приезжал в Ташкент, раскинувшийся посреди пустыни, заходил в местные магазины и буквально застывал от удивления на месте. Там в огромных стеклянных аквариумах плавали рыбы и ждали, когда их выловят и бросят на весы. Живая рыба в Москве, живая рыба в Ленинграде, Тбилиси, Ашхабаде, Ростове, Киеве и даже - не приведи Господи таких соседей – в Ереване – везде продавалась живая рыба. А в Баку в то время нельзя было найти даже замороженную рыбу…

Когда мне было 25 лет – в декабре 1960 года, за несколько дней до нового года, мой постоянный клиент капитан Гюльмамедов посадил меня вместе с ведром черной икры в руках в «ГАЗ-69» и повез прямиком в горотдел, сказав: «Поедем, продашь нашим сотрудникам». Сначала я подумал, что он шутит… Но когда он привел меня в кабинет начальника, я понял, что плохи мои дела. В комнате сидели шесть-семь офицеров в погонах с золотыми звездами. В кресле руководителя сидел министр внутренних дел, генерал Али Керимов. Там были полковник Теймур Буньядов, Халил Мамедов, Бахыш Мехтиев и еще один-два высокопоставленных милицейских чина. Я поставил ведро с икрой за занавеску, висевшую в дверях, и уважительно поздоровался:

- Здравствуйте, добрый день.

Они заулыбались…

В заключении людей узнаешь быстрее

В 1961 году я, что называется, хлебал баланду в 6-й колонии. Со мной там мотали срок Санька Зверь – Джабир Зыхлы, Анвер Чиль, Мирсамед Нардаранлы, Мешади Сафар оглу Джаваншир и другие известные лоту.

В тюрьме неважно кто ты: профессор или рабочий, журналист или колхозник – там все равны, все «тюремщики». «Стукачей» звали «мусором» или «красными». Таких ненавидели все. В шестой колонии таких было довольно много. Но были там и такие люди, с которыми даже стоять рядом было просто невероятно – не верилось, что рядом с тобой такие, как Санька Зверь, Машади Сафар оглу, Масазырлы Дилавер, Мир Самед и др.

Когда я вспоминаю про Саньку Зверя, волосы дыбом встают. Когда он попал в нашу колонию, я не верил, что вижу перед собой такого известного «вора в законе», что он о чем-то говорит со мной, что я слышу его голос.

Джабир был очень искусным оратором, он говорил пафосно, с дикцией. Если он хотел кого-то в чем-то убедить, то подбирал такие слова и выражения, что после беседы с ним невольно задумывался, откуда он всего этого начитался, откуда этому научился? Он чисто говорил по-русски.

Он всегда одевался по последней моде, в соответствии с сезоном. Он носил костюмы, сшитые из таких тканей, как бостон, коверкот, габардин. На голове обязательно была кепка из той же ткани, что и костюм. Летом он носил костюмы из чесунчи. Одежда на нем всегда была чистая и выглаженная.

«Красавчик» Агакерим налил мне и себе по стаканчику чая из термоса и, разломив единственную конфету, протянул мне большую часть…

- Он (Джабир – ред.) любил поговорить. Он не уставал беседовать будь то о литературе, или о религии, - продолжил Агакерим.

Я знал Джабира еще будучи на воле. Я встречал его то на базаре «Кемюрчу мейдан», то на Кубинке. Он был в компании Балаали, Гёйгёз Сабира, Гядеша, или Бюльбюля, Сеида Шушинского, Абльфата Алиева. Он всегда привлекал к себе внимание. Он был высоким, широкоплечим, его нельзя было отличить от артиста.

Когда в 1961 году я сидел в первой исправительной колонии, там сидел и Санька Зверь. В то время в колонии не носили полосатую одежду, а каждый одевался в то, что принес. Джабир одевался красивее даже, чем начальник колонии Акпер Акперов.

В первой колонии была двухэтажная больница. Зубной врач давно не появлялся там. Однажды во дворе Джабир в очень деликатной форме попросил начальника колонии майора Акперова вызвать в больницу стоматолога. На следующее утро в больницу прибыл врач-стоматолог в звании полковника -Тимофеев. Мы выстроились в очередь и стали ждать Джабира. Полковник надел белый халат и открыл дверь:

- Чья очередь? Проходи, - сказал он.

Никто не пошевельнулся. Санька Зверь, поднявшись по лестнице, тихонько прошел в кабинет, полковник закрыл за ним дверь.

Прошло пять минут, десять минут… Из кабинета не выходили, и тогда я решил заглянуть внутрь и приоткрыл дверь: полковник, стоял, разинув рот, с инструментами в руках и завороженно слушал своего разговорчивого пациента – Саньку Зверя.

У Джабира был широкий кругозор. В колонии он работал газосварщиком. Могу поклясться, что они с инженером, разложив перед собой чертежи, часто сильно о чем-то спорили, но в этих спорах всегда побеждал Санька. Улыбаясь, он хлопал ладонью инженера по плечу и говорил: «Молодец! Ты тоже очень грамотный парень».

В тюрьме он многим помогал, а некоторых и вовсе от смерти спасал. В Баку был начальник горотдела по имени Гани Ганиев. По какому-то делу ему дали то ли 12, то ли 13 лет, и отправили на зону в Россию, чтобы покончить с ним там. Тюремщики радовались, когда видели таких людей – «красных». Когда таких убивали, заключенные ликовали.

Когда Гани муаллима привели на зону, Санька Зверь отсиживал «10 суток». Ему послали маляву (записку – ред.): «Привели одного - «в погонах», он твой земляк. Что делать с ним? Замочить?». Джабир ответил: «Ждите, пока я не вернусь и не соберу сходку. Замочить – дело легкое».

Спустя 5 дней после отсидки Джабира «суток» и выхода его из карцера, законники собрались в сторонке (в курилке, что была у одной из стены) потолковать о дальнейшей судьбе Гани киши. И вдруг к их ногам упал завернутый в бумагу сверток. Они открыли его, и что они там увидели? Большой кусок сала, махорку, плитку шоколада и маленькую записку – «законнику Саньке».

Джабир огласил свое решение зэкам и ворам: «Давайте подождем. Может быть, он и неплохой парень. Уже сейчас прислал нам «грев»».

Так прошло один-два месяца. Гани муаллим присылал Джабиру то пачку папирос, то копченую рыбу, несколько раз даже медицинский спирт.

После того, как страшные дни ожидания миновали, я немного побеседовал с Гани муаллимом, узнал о хронике тех событий, - рассказывал потом Санька Зверь, - оказывается начальник зоны вызвал к себе Гани Ганиева, который «вышел целым» в первые три дня после прибытия на зону, чему тот несказанно удивился и начал расспрашивать его:

- Если не был дан приказ «замочить» вас, значит, некоторые законники на вашей стороне, причем, это авторитеты, чье слово –закон. Знаю, что за вас заступился Санька Зверь. Сможете водить машину?

В те времена в тайге, в бескрайних лесах России срубленные деревья вывозили на лошадях: больших лошадях-тяжеловозах.

Короче, Гани муаллим начинал работать на «автобазе» и слал все ценное, что попадалось к нему в руки – сало, чай, копченую рыбу, папиросы в качестве «грева» Саньке.

На очередной сходке Джабир ответил резкое «нет» на предложение «замочить» Гани муаллима, объяснив это тем, что тот не «гнида», а «мент», и что «его устранением мы ничего не выиграем – пусть дышит». Сходка закончилась со счетом 5:3 в пользу Гани муаллима.

Надо сказать, что после освобождения эти люди тоже оказывали посильную помощь Джабиру. Разве могли они забыть человека, спасшего их от смерти?

- Был один человек, которого Джабир сильно уважал. Это Агасалим киши из Маштага. Агасалим во многом зависел от Джабира. Но он много слышал о добре, которое Санька Зверь делал на зоне своим землякам. Агасалим киши знал, что за Джабиром они, как за каменной стеной...

Для того, чтобы быть мужчиной, не достаточно быть представителем мужского пола. Не всякий, кто надел штаны и папаху, имеет право называться мужчиной. В народе настоящего мужчину можно узнать по двум основным характеристикам. Во-первых – по уму, знаниям, профессионализму в своем деле. Во-вторых, по человечности, мужеству, благородству, стойкости, верности данному слову… Если эти два критерия, характеристики будут сосредоточены в одном человеке, значит он и есть настоящий мужчина.

«Горбатый» Юра

Я работал в ресторане цирка. Санька Зверь контролировал здесь кафе-ресторан. Однажды я увидел, что Санька Зверь, одетый в свой самый лучший костюм, сидит за столом, ест-пьет и беседует с каким-то русским мужчиной, одетым в засаленную куртку и джинсовые брюки. Я подошел к ним. Джабир пригласил меня сесть с ними. Я подсел к ним. Я неплохо говорю по-русски, но вмешиваться в их разговор я не стал.

Они беседовали об искусстве, литературе, классике, картинах, антиквариате, одним словом – о красоте. Вернее, беседовал Джабир, а русский мужчина слушал его, затаив дыхание. Когда Джабир заговорил о ленинградском Эрмитаже, сначала на лице у его собеседника появилась ироничная улыбка. Но потом он протянул Джабиру руку и крепко пожал ее. Санька перечислял комнаты Эрмитажа, рассказывал, что находится в итальянской комнате, какие там бюсты, и т.д.. Все выглядело так, будто Санька Зверь прямо сейчас совершает экскурсию по Эрмитажу.

Потом беседа плавно перешла к литературе: от «Преступления и наказания» и «Братьев Карамазовых» Достоевского до Толстого. Приезжий гость, воспользовавшись возникшей паузой, спросил у Джабира:

- А «Крестного отца» ты читал?

- Нет, его ведь пока не опубликовали…

- У меня есть «подпольное издание», пришлю тебе копию, почитаешь, отличная книга.

- Спасибо, большое спасибо, Юрка. Будешь братом, если сделаешь это.

Это был Юрка «Горбатый» - известный законник.

Когда я отбывал срок на зоне, я узнал, что Джабир любит стихи. Он мог часами декламировать стихи Физули, Низами, Самеда Вургуна, Лермонтова. А вот Пушкина он не любил, говорил, что тот, несмотря на свою мусульманскую кровь, допустил одну большую ошибку, написав в одном из своих произведений, что «незваный гость хуже татарина». Еще он очень восхвалял Сабира. Говорят, что иногда, когда на него находила грусть, он тоже начинал писать стихи и газели. Его многие просили прочитать стихи собственного сочинения, но он никогда не соглашался на это.

…Гость Джабира пробыл в Баку два дня. В ресторане цирка специально по заказу Джабира для Юрки Горбатого в отдельных казанах готовили азербайджанские национальные блюда. Он поглядывал за гостем, чтобы узнать, нравятся ли ему наши блюда. Когда Горбатый попробовал жаркое из «белого мяса», он буквально пальчики облизал. Санька Зверь посоветовал гостю, чтобы почувствовать весь вкус этого блюда, есть его руками.

Юрка Горбатый был большим любителем антиквариата. Два дня подряд они с Джабиром искали по антикварным лавкам что-нибудь подходящее для Юркиной коллекции, но Юрке ничто не приглянулось. Наконец, им сказали, что на улице Лейтенанта Шмидта живет один еврей, инженер, и что у него можно найти что-нибудь интересное из антиквариата. Когда Джабир с Юркой вернулись оттуда, мы поняли, что все в порядке – Юрка купил то, что искал. (Взгляд, 08.03.2016, Бахрам Челеби)

 

Следите за новостями воровского мира на канале Прайм Крайм в Telegram

Последние новости

24.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Греция

Недоразвиад
В Греции готовятся к воровской сходке

20.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Московская область

«Безделушка»
В доме Воскреса нашли пистолет

18.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Франция

Жульверович и другие
«Прайм Крайм» узнал имена воров «в законе», задержанных во Франции

16.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Марий Эл

Истинный мариец
Гули заблокировал «корону» Альберта Рыжего

09.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Украина

Легенда о Воре Артуре
Из воспоминаний младшей сестры одесского «законника»

08.11.2017,

ЭКСКЛЮЗИВ

Московская область

Новые приключения
Шурика Захара привлекают за анашу

Новости региона

Как Лоту Гули покинул Азербайджан с паспортом СССР

24.10.2017, «Прайм Крайм»,

ЭКСКЛЮЗИВ

Гуляй, Гули!
В воровском мире настало время новых «первых»

В Баку зарезан Яшка Бакинский, которого давно считали убитым

28.01.2017, «Прайм Крайм»,

ЭКСКЛЮЗИВ

Всё по уху!
Рафик Масаллинский восстал против Гули

За что люди "воров в законе" устроили в Баку ночную перестрелку

Что рассказал "Лоту Гули" своему адвокату о контроле российских рынков

Copyright © 2006 — 2017 ИА «Прайм Крайм» | Свидетельство о регистрации СМИ ИА ФС№77-23426

Все права защищены и охраняются законом.

Допускается только частичное использование материалов сайта после согласования с редакцией ИА "Прайм Крайм".

При этом обязательна гиперссылка на соответствующую страницу сайта.

Несанкционированное копирование и публикация материалов может повлечь уголовную ответственность.

Реклама на сайте.