Основной адрес: https://www.primecrime.ru
Зеркала сайта:
https://primecrime.net
https://vorvzakone.ru
https://russianmafiaboss.com

музей истории воровского мира

Воры. Кто они?

О проекте

СМИ о нас

Обратная связь

Реклама на сайте

Пожертвования

Вверх

Все - Русь - Приволжье - Мордовия - ЖХ-385; Дубравное УЛИТУ - ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас

ЖХ 385/19 ЛИУ Зубово-Полянский р-н, пос. Явас

Управление


История учреждения в событиях


15.11.2007

Гудына А. Г. (Леха Иркутский) прибыл в ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас.

05.04.2002

Гвасалия Т. З. (Темо Сухумский) прибыл в ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас.

11.07.2001

Фирсанов С. В. (Люблинский) освободился по отбытию срока из ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас.

18.02.1999

Фирсанов С. В. (Люблинский) прибыл в ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас.

Список воров "в законе", отбывавших в учреждении


ЖХ 385/19 ЛИУ Зубово-Полянский р-н, пос. Явас

1989

1990

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

Гвасалия Т. З. (Темо Сухумский)

Гудына А. Г. (Леха Иркутский)

Кукунян С. А. (Серый Бакинский)

Фирсанов С. В. (Люблинский)

Комментарии


ПРАЙМ КРАЙМ vip25.10.2017 23:13

Ольга Тоткина давно подобрала ключи к Каплану, хотя сделать это было трудно. Сама ежедневно соприкасаясь с воровским миром, она знала, что всегда должна следовать двум главным вещам: не встревать туда, куда ее не просят, и не заворачивать «налево». В первом случае ее не вынес бы ни один мало-мальски уважающий себя авторитет, а во втором – могли и просто «порешить». И хотя Каплан «перышками» не пробавлялся, оставив воспоминания о них в своей далекой юности, она знала: не дай бог его хоть чем-то унизить в глазах других – застрелит.
Однажды она едва не лишилась чувств, когда увидела, что Юра, вернувшись домой, достал из-под пальто увесистый пистолет.
– Что это? – спросила она.
– Маузер, – безразлично ответил он, как будто речь шла о чем-то будничном.
У Каплана были и другие пистолеты, но «Маузер» больше она не видела. Хотя оружия в доме муж не держал, Ольга понимала, что в случае чего оно быстро окажется в его руках.
Тоткина редко задавала себе вопрос, как она решилась связать себя с Капланом. Так получилось. Тот, признанный 2 марта 1961 года Пятигорским народным судом особо опасным рецидивистом, только освободился из тюрьмы и приехал во Владикавказ по приглашению своего друга Виталия Исаева, с которым они сошлись в колонии. Ольга в свои двадцать шесть считалась уже опытной воровкой-карманницей, работавшей в паре с Альбиной Джагаевой, жившей на Курской слободке.
Когда Тоткину познакомили с Капланом, и она в тот же день привела его ночью домой, то почуяла в нем мужчину, способного защитить ее и дочь Ирочку, которой тогда было пять лет и в которой молодая мама души не чаяла. После нескольких лет гражданского брака Каплан сам предложил узаконить отношения. Ольга очень гордилась этим, но еще больше тем, что сама ни разу не заикнулась о регистрации. Она была особенно благодарна Каплану за его отношение к дочери. Внешне он не демонстрировал отцовской заботы об Ирине, но было видно, как тянется к нему девочка, чувствуя в нем покровителя.
Тоткина по-женски все сделала верно. Каплан не раз выручал ее, когда приходилось улаживать вопросы с милицией, а из блатного мира никто и пальцем не смел в ее сторону шевельнуть. Ирину отдали в музыкальную школу и всячески оберегали от дурного влияния. Когда же она стала подрастать, Каплан выбил в горисполкоме новую квартиру. Тоткина, вся жизнь которой прошла в общем дворе, не могла нарадоваться, рисуя в своем воображении прочное будущее дочери.
Но все перевернул его величество случай. В самом Владикавказе работы для Тоткиной было мало. Да и мелковато все было – в переполненном трамвае да на рынке разве больше двадцатки-тридцатки наберешь? К тому же попадаться в родном городе становилось уже опасно. И Каплан посоветовал ей быть осторожней, предупредив, что его связей в милиции и актерского мастерства ветерана может не хватить на постоянное улаживание возможных инцидентов. Поэтому Ирина с Альбиной стали регулярно выезжать в Москву, где и возможностей было значительно больше, и улов – гуще.
Сначала они промышляли на вокзалах. И на «родном» Курском, а большой частью на Ленинградском, Ярославском и Казанском. Ирина и Альбина до поры до времени очень ловко проделывали свои фокусы и хорошо наваривали. В особо удачные поездки они привозили по четыре-пять «штук» на каждую, что в переводе на более понятную арифметику означало получить в подарок новенький «Запорожец» и мебельный гарнитур в придачу.
Все шло замечательно, пока подружки не облюбовали ГУМ. Причем не просто ГУМ, а его сердце, о котором диктор в течение всего времени работы главного магазина страны объявлял через каждые пятнадцать минут: «Если вы потеряли друг друга, встречайтесь в центре зала у фонтана». Или в экстренных случаях: «Гражданка Семенова из Волгограда, вас ожидает муж в центре зала у фонтана».
Здесь их и замели. В центре зала. У фонтана. Ольга с Альбиной никак не могли предположить, что на заре советского телевидения в 1972 году, невидимые телекамеры установлены в ключевых местах Москвы. А ГУМ, тем более его центр, таким местом считался. Когда их схватили с поличным, они пытались устроить неразбериху в толпе, но этот дешевый номер в столице не прошел. Следившие за ними знали, что делать, моментально заломили руки и вывели к лестнице, которая вела на второй этаж. Их доставили в служебные помещения, показали телевизионные съемки и едва не убедили написать чистосердечное раскаяние. Но Тоткина и Джагаева отлично усвоили наставление Каплана: можно делать многое – молчать, вешать «лапшу» на уши, косить под психа, но ни в коем случае нельзя «колоться».
И в дальнейшем они с превеликим трудом, но выдержали наскоки следствия, ни в чем не сознались и не дали никаких новых улик. Правда, все это не спасло их от наказания. Факт кражи был налицо, заснят и задокументирован с участием понятых, потерпевший гражданин-ротозей опознал свой кошелек, так что суд принял единственно возможное решение, которое они даже оспаривать не стали.
Получив три года колонии, Ольга Тоткина недолго выглядела расстроенной. Она знала, что Каплан позаботится о ее дочери и оградит от неприятностей. Когда ей дали свидание перед отправкой на «зону», Каплан утвердил в ней эти настроения. Пообещал, что с нее в Мордовии не упадет «ни один волос»: он уже отдал необходимые распоряжения, и она там будет чувствовать себя вполне комфортно. А он, Каплан, будет Ольгу навещать. По его предчувствию, ей не придется тянуть в заключении весь назначенный срок. Максимум она проведет в колонии два года с небольшим, а там подоспеет амнистия в связи с приближающимся 30-летием Победы. Может, ему удастся освободить ее раньше.
Женская колония № 2 общего режима была образована в поселке Явас в начале 1930-х годов минувшего века. Как и большинство других колоний и тюрем в Мордовии, а их здесь было 17, она была расположена в сырых и холодных лесах Зубово-Полянского района, который является по территории одним из самых крупных в республике и в то же время один из самых малонаселенных. 80 процентов населения района составляли заключенные лагерей и те, кто их охраняет. Из Саранска до колонии № 2 надо было ехать мимо других зон и тюрем около часа по узкоколейке на дрезине, к которой прицеплялись два или три вагона и которая ходила с большими интервалами. Вдоль трассы на протяжении всего пути мелькали тюремные заборы с колючей проволокой, на обочинах – знаки правил дорожного движения чередовались со щитами «Режимная зона».
Просты и неприхотливы были методы воспитательной и исправительной работы в женской колонии. Ежедневно, без выходных, 10-12 часов на швейной фабрике, а потом еще – работа по хозяйству. В колонии насчитывалось 150 коров, огромное поголовье свиней, макаронный цех, да еще куры, капуста, помидоры, грибы да ягоды. Была и художественная артель, вязальное производство.
Каплан сдержал свое слово. Ольга чувствовала себя на зоне если не хозяйкой положения, то аристократкой, по отношению к которой никто не смел позволить себе чего-то непочтительного. Работа тоже была у нее не пыльная, в художественной артели она расписывала лаком сувениры из дерева – матрешки, ложки, подносы.
Ирина догадывалась, но так ничего и не знала о настоящей судьбе матери. Отчим искусно убеждал ее, что мама уехала на заработки на Север на два года. Что устроилась на хорошую работу на складе и что когда она приедет, может, поменяют свою двухкомнатную квартиру на трехкомнатную. Он тоже к этому времени подкопит. И тогда у Ирины будет своя большая отдельная комната.
Падчерица, которая находилась уже в том возрасте, когда ее можно было называть и девочкой, и девушкой, умом понимала, что отчим рассказывает ей сказки, но не пыталась проявлять упорство, зная, что оно ни к чему не приведет. Каплан время от времени передавал ей письма от матери, которые якобы привозил из поездок к ней, а на самом деле переправлялись с оказией на волю. И письма ее успокаивали. Она старалась не подвести маму и училась, как она всегда и просила, только на «отлично».
В один из осенних дней 1973 года Каплан сообщил ей, что вновь уезжает к своей половине на Север. В такие моменты к внучке вызывали бабушку Татьяну Александровну, мать Ольги. Та души не чаяла в Ирочке и всегда была готова подставить свое заботливое плечо. Каплан обещал вернуться через неделю. Но через неделю вместо него в квартиру нагрянула милиция.
Обыск, который продолжался шесть часов, никаких результатов не дал. На вопрос, где Лев Вениаминович, Татьяна Александровна отвечала неопределенно, мол, в отъезде. Зато Ирочка нам пояснила, что он уехал проведать маму на Крайний Север. Установив личность супруги Каплана и действительное место ее нынешнего нахождения, нам оставалось надеяться, что в главном девочка была информирована правдиво. Если это было так, то получалась большая вероятность того, что Каплан обязательно появится в Мордовии. (Отрывок из книги "Дело Каплана")

Учреждение: ЖХ 385/19 ЛИУ; Явас.

ответить

Добавить комментарий


Для добавления комментария авторизуйтесь на сайте.

Copyright © 2006 — 2021 ИА «Прайм Крайм» | Свидетельство о регистрации СМИ ИА ФС№77-23426

Все права защищены и охраняются законом.

Допускается только частичное использование материалов сайта после согласования с редакцией ИА "Прайм Крайм".

При этом обязательна гиперссылка на соответствующую страницу сайта.

Несанкционированное копирование и публикация материалов может повлечь уголовную ответственность.

Реклама на сайте.